ЖИВЫЕ ОБРАЗЫ БОЙЦА

Светлой памяти отца моего,
Алексея Алексеевича Кузьмина

1.
В боях добыв Отчизне славу,
Как маршалы мы ехали домой,
Но был сержант товарищ мой бывалый,
А я вовсе – только рядовой.
И в том особой разницы не видя,
Смотрели мы, как солнышко встаёт,
И были только на одно в обиде:
Что солнышка не видит весь наш взвод.
2.
Гремучая память
Я – носитель гремучей памяти:
Паровозов, летящих в ночи,
И старушек, стоящих на паперти
До зажжения первой свечи;
Деревянных цветных игрушек
В виде высоких кремлей;
Придорожных пыльных избушек
В окружении тополей.
Я – носитель отцовских снимков
И тоски по его рукам.
Я умру с прошлым веком в обнимку,
Головой к святым родникам.
Но пока среди зноя и замети,
Не подлец, но совсем не герой,
Я – носитель гремучей памяти:
Потому и взрываюсь порой.
3.
Волоста-пятница*
Девчонки из Волосты-Пятницы, –
Как вспомню, так сердце покатится
К моей удивительной юности,
К широкой украшенной улице.
К большому костру деревенскому
Да к стулу разбитому венскому.
Да к патефону скрипучему,
Который фокстрот выкаблучивал.
А потом без больших церемоний
Стихал патефон пред гармонью.
Девчонки играли фуражками
И пахли дымком и ромашками.
И всё мне казалось: забудется
И песня, и танец, и улица.
Давно уже стали дедулями
Все мы, кто не сгинул под пулями.
Живём по краям теперь разным мы.
Но майскую юность всё празднуем:
Нам – медали, вам – лёгкие платьица,
Старушки из Волосты-Пятницы.
А что и зачем – спросить не с кого…
Жаль стула разбитого венского!
4.
По нашей стороне лесной
Шёл странный год, сорок восьмой.
Отец мой, умерший от ран,
Тогда не звался ветеран.
Я год всего прожил с отцом,
Кудрявым статным молодцом…
Войну он в землю уложил
И на три года пережил.
Когда б не паспорт – те года
Я бы себе взял навсегда.
Но я не лгу – в том нет вины:
Отец мой не пришёл с войны.
5.
Солдат
Он солнце вытащил из тьмы,
На тьму повесил, тьмой укрылся.
И не смогли поверить мы,
Что он с войны не возвратился.

* Станция в Угранском р-не Смоленской обл.