В Берлине, в коричневом доме,Есть карты Советской земли.…Мечтая о нашем разгроме,К той карте они подошли.
Читать
Небо чисто, зелено и строго.В закопчённом тающем снегутанками изрытая дорогамедленно свивается в дугу.
Солдат все годы на войне –В огне свинцовых гроз.Он шёл по выжженной стране,В боях мужал и рос.
От Мтацминды до Смоленска путь далек:Были горы, были степи и болота.Помнишь ночь? на минном поле ты залегПод огнем неумолимых пулеметов.
Зачем раскрашивать кино?Пусть чёрно-белым остаётся!Победы горькое виноОт этого не слаще пьётся.
– Какое вам делодо мёртвых моих друзей?Оставьте, пожалуйста,их имена в покое.
Пошел я на фронт,Я за жизнь не дрожал.Вернее, на фронтЯ с завода сбежал.
Вокруг белым-бело,Так чисто, пусто так.Зима? Нет, не зима.Светло, а снега нет.
Мой батя умер в октябре,Когда в Крыму тепло и сухо,Когда по крыше глухо-глухоСтучали груши на заре.
Зря ты каркала, ворона:Враг меня не уронил…Я последнего патронаДля себя не хоронил.
Пусть немало забыл я,Не забудется мне:Чуть отросшие крылья –Опалил на войне.
Был у деда скрыт под майкойНа груди багровый след.Внук спросил, хоть был всезнайкой:«Это тоже орден?» – «Нет».
Опять возвращаюсь яК памятной дате…Ты славно ошибся,Мой юный солдатик!..
До тебя здесь никто еще не был.Это ты увидал с корабля –Там, где море сливается с небом,Полосой показалась земля.
Тревога военного лета.Опять подступает к глазамШинельная серость рассвета,В осколочной оспе вокзал.
Треугольники птиц над городом стылым,Словно письма солдат, не пришедших с войныИ лежащих в забытых братских могилахПосреди чужой ледяной тишины.
Лист из ученической тетрадиСложен треугольником простым –Так являлись письма о солдатеВ дом к его любимым и родным.
Шли солдаты на западПо дорогам войны.Выпадал среди залпов,Может, час тишины.
Три дня мы бились за село,Три ночи зарево цвело.И, словно стебли тех цветов,Там трубы чёрные домов.
…Тяжелый снег идет три дня.Три дня подряд,Три дня подряд.И ноет рана у меня –
Светло от ярких глаз ребятПод сводами амбара:Три класса перьями скрипятНа трёх скамейках старых.
Не то что водку – лет до двадцатимы ничего не пили крепче чая.Всей жизни путь, казалось, впереди –и шли мы вдаль, его не замечая.
Спросили солдата: «Куда ты идешь?Гляди, урожай нынче будет хорош.Куда ж ты уходишь скитаться?..»Солдат поглядел на всходящую рожь
Малолюдно в нашей лодке:Сотня вёсел – три гребца…Не дожили одногодкиДо победного конца.
В конторе колхоза «Победа»Глядят на меня со стеныУспехов и планов два стендаИ стенд «Ветераны войны».
Гляжу на давнишнее фото:Подтянутый, бравый, худой,Снимавшийся в маршевой роте, –Какой же я был молодой!
Трижды крикнетПетух во всё горло –И забрезжитВ трёх окнах рассвет...
Фотокарточка хранитсяС довоенных лет.На счастливых этих лицахНегасимый свет.
Я к ним подойду. Одеялом укрою,О чём-то скажу, но они не услышат.Спрошу – не ответят… А в комнате – трое.Нас в комнате трое, но двое не дышат.
Зенитным скошенный снарядом,По-лягушачьи, на живот,На луг с деревней нашей рядомУпал немецкий самолёт.
Там, в Берлине, когда уезжал,Подарила товарищу ротаС тёмной надписью светлый кинжал.«С нами бог!» – перевёл ему кто-то.
Нас гармошка немецкая ссорила.Так на ней серебрился оклад!Мы гармошку губную мусолили,Как детишки теперь шоколад.
Как богато мы, нищие, жили!Ты почти что босой – всё равно!Для тебя – Тито Гобби* и Джильи**,Красота и Аиды***, и Джильды****.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан
ЛЕНСКИЙ АНАТОЛИЙ
СААКОВА ВАЛЕНТИНА
НА ПОЛЕ СРАЖЕНЬЯ
КАРПЕКО ВЛАДИМИР