Когда от времени и рантуда, где горизонты сини,уйдёт последний ветеран,то вздрогнет Матушка-Россия.
Читать
И льдины на речке всё тоньше,Капелей слышней перестук.Но к ней завернутьПочтальоншеКак будто бы всё недосуг.
Как-то летом на рассветеЗаглянул в соседний сад,Там смуглянка-молдаванкаСобирала виноград.
Я презираю слёзы у мужчин.Но было – сам от слёз не удержался,Когда на Пискарёвском повстречалсяСреди могил рыдавший гражданин.
О Венгрия! Твои дорогиТекут, открытые, вдали.Твои обиды, и тревоги,И слёзы тяжкие прошли.
Получайте, девушки, землянку,За два дня всего возведена.Стены срубом клали – не в столбянку,Потолок накатан в два бревна.
Зимний день. Повисло небо низкоНад промёрзлой дремлющей землёй.Я стою один у обелискаМолча, с непокрытой головой.
По весне, расправившей свой вымпел,По росе обильной, спозаранку,Трактор он на то же поле вывел,Что когда-то бороздил на танке.
Лето. Сорок первый.Небо-небыль,Синевой слепящее до слёз.Цепьюпо неубранному хлебу –наспех сформированный обоз.
Улыбаться отвыкают губы.Возле сборных пунктов, как в бреду,бесконечный марш играют трубы…Женщины на музыку бредут.
Война окончена! Пока что проступаетСквозь марлю кровь последних ран,А утро мира на границы странУже победно наступает.
Пластинок хриплый крикИ радиовещанье,И непрочтенных книгНадменное молчанье
… А разрывы то громче, то глуше,и воронки вокруг меня.Но в спасительной волокушежизнь не вытащит из-под огня.
Весна во рвы влетит с разбега.Мешаясь с грязью пополам,Опять полезет из-под снегаЗабытый прошлогодний хлам.
У метро к Дню Победы открыли фонтан.Пусть он бьёт для влюблённых, не для пуритан.Пусть целуются парочки в брызгах ночных.Ветераны войны, помолитесь за них!
Фото на документ, 3х4:отец в пиджаке,надетом на голое тело,отчего шея...
Фотограф немойНад портретом колдует.Он ретушь кладёт,Исправляя лицо...
Из Нюрнберга, сжатого кольцом,Мой друг привез свои святые снимки:Он там работал в шапке-невидимке,Хотя официальным был лицом.
Снова память расправляет крыльяи относит прямо в детство, вниз…На скрапной площадке* – изобильепулемётных лент, лимонок, гильз.
Передо мною снимок рваный –Дорог не вынес фронтовых.Стоим мы рядом с другом ВанейВ простых погонах полевых.
Словно хруст под ногами гравия,Словно шепот далеких летПотускневшая фотография,Потерявшийся где-то след.
Мы идём на базар – Колька, Юрка и я…Нам на долгую жизнь от базара осталась,Словно высшая милость, великая малость –Фотоснимок. Эпоха! Кусок бытия.
Тот день был жаркий, летний самый,От зноя листья в трубочки свило,За много вёрст меня водила мамаК фотографу в районное село.
В лесу, что минами изранен,Авиабомбами изрыт,Он с фотографии на памятьС задумчивостью вдаль глядит.
Не горы в сиреневой дымке,Не море, где синь без конца, –Я вздрогнул, увидев на снимкеОдну половину лица.
Кипело военное лето.Отец отправлялся на фронт.Зашёл он к фотографу где-тоИ стал по привычке во фронт.
В кацавейке, в линялых штанишках,На носу конопушки видны…Помни, маленький, ты не из нищих,Ты из лучшей на свете страны...
Жива ли няня-красотуля?Я нашу карточку храню:Стою в фуражечке на стуле,Я с книгой Сталина стою.
Ни украшений нет, ни ёлки,Лишь стрелки движутся вперёд.Двадцатилетние девчонкиВстречают сорок третий год.
В наплыве мерцающей дымки,Сквозь тусклый махорочный светГлядит с пожелтевшего снимкаСолдат восемнадцати лет.
Вновь смотрю на это фото,Рыжий чуб свой теребя.Слышу хохот пулеметов,Вижу, милая, тебя.
Я режу толсто колбасу,Родня жиреет,Но жир не портит красоту.Щадит, жалеет.
«Фотокарточка не в моде», –Говорят ей без конца.А у мамы на комодеФотокарточка отца.
За бруствер потянулся – получай!..Сползай, кровавя жёлтый срез окопа, –Без жеста, или вскрика, или вздоха,Без тихого кому-нибудь «прощай».
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан