Не соломы желтым ворохом –
хоть привычней и ловчей –
разжигают бабы порохом
зев усадистых печей
Мне спину жгли змеиным ядом,
кололи, подпускали пчел,
не помогало нипочем.
И врач сказал: «Теперь начнем –
новокаиновой блокадой…»
Я вздрогнул: в дымке ледяной
вставали из глубин сознанья
войною сплющенные здания
и треск мороза костяной.
Вновь, бестелесен, невесом,
иду в застывший мир громовый,
прижав к сукну шинели новой
кусочек хлеба стограммовый,
в ладонях сжавшийся птенцом…
…Мучительно не забывать,
держать весь ад в своей орбите…
Вы, добрый доктор, помогите
блокаду памяти прорвать.