Не плачь, мой маленький, прости,
хоть я не виновата:
чужой солдат на снег и стынь
нас вытолкал из хаты.
…Но в этот мир принесены
в дни мира, миру подотчётны –
мы плоть от плоти той войны,
мы дети той беды народной.
От первых до последних дней
нам кровью понимать и кожей
своих отцов смертельный обжиг
и ожиданье матерей.
А сколько рушилось семей,
а сколько свадеб не сыгралось,
а скольких я недосчиталась
живых ровесников-друзей?!
И средь земных забот моих
одна всё сердце жжёт и студит –
что никогда, нигде не будет
ни их детей, ни внуков их.