Трудней всего – подняться под огнем...

Трудней всего – подняться под огнем,
Оставить за спиной броню траншеи.
Что может быть отчаянней, страшнее,
Чем в полный рост подняться под огнем?!

А дальше – леденящее «ура»,
Холодное бесстрашие порыва.
И только смерть бывает молчалива.
Мы живы, если катится «ура».

И вот – в чужих окопах мы уже,
Где стоек тошнотворный запах дуста,
Но на душе не радостно, а пусто, –
Как мало нас на новом рубеже.

О, сколько там осталось на снегу!
Чадят в чужих окопах самокрутки.
Мы на войне всего вторые сутки.
О, сколько там осталось на снегу…

1.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

Я рифмовал в четвёртом, в школе...

Я рифмовал в четвёртом, в школе,
Но слов припомнить не могу.
Мой первый стих родился в поле
На окровавленном снегу.

БРАТСКАЯ МОГИЛА

Этот холм не забыть, не забыть никогда.
Обелиск на холме, вырезная звезда.
Завершилась война, завершились бои,
А под прусским холмом – побратимы мои.

1200*

Обступили на краю России
Вдруг воспоминания меня –
Острые, как раны ножевые,
Гневные, как всполохи огня.

ЗЕМЛЯ

На дне окопа сердце колотилось,
Окоп, гремя, утюжила броня.
Земля не подвела, не расступилась,
Она спасла от гибели меня.

МАРШЕВЫЕ РОТЫ

Судьбы крутые повороты,
Раскаты гневные войны
Вели нас в маршевые роты,
Туда, где были мы нужны.

Я в окопе побрился впервые...

Я в окопе побрился впервые.
В час, когда провожают девчат,
Я встречал лишь рассветы стальные
И слыхал, как «пантеры»* рычат.

ПЛАЦДАРМ

Он в нас поверил, командарм,
И мы не подвели:
Мы удержали свой плацдарм,
Клочок земли.

СТАРАЯ ФОТОГРАФИЯ

Посмотрите, я из юности шагнул.
Посмотрите, я чертовски молодой.
Надо мною «мессершмитов» рёв и гул.
Мой блиндаж подмыло ржавою водой.

Уходим в ночь, еще не зная...

Уходим в ночь, еще не зная,
Что, может, завтра поутру,
Снег потемневший приминая,
Не все вернемся мы к костру.

НА ПЕРЕКРЕСТКЕ НЕЛЮДИМОМ

В открытый люк пахнуло дымом
Села, сожженного дотла.
На перекрестке нелюдимом
Машина наша замерла.

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Яндекс.Метрика