– Пришла к нам война. Был тогда я мальчишкой, –Рассказывал дед нам за чаем негромко, –Но знаю о битвах совсем не по книжкам,По горю, что в хаты несли похоронки.
Читать
Снова слышен вой снаряда,Накрывающего цель.Много дней идет осада,Злобный зверь забился в щель.
Кружилась в поле злая осень,Летела поздняя листва…Их было только двадцать восемь,Но за спиной у них Москва.
Эти годы подлинней веков –так война перекроила сроки.На коленках у фронтовиковвырос я – и их постиг уроки.
Сороковые, роковые,Военные и фронтовые,Где извещенья похоронныеИ перестуки эшелонные.
Он не давал нам, гад, покою,Подстерегая каждый шаг,Кружил, как ястреб, на рекою,Где мы сидели в камышах.
Где они, военные дороги?Отвечаем – пройдены в былом.Громогласно подводя итоги,Сели и пируем за столом.
Та, о которой внукам дедыСказ приукрасят иногда,Не только залпами ПобедыВошла мне в сердце навсегда.
Словно хруст под ногами гравия,Словно шепот далеких летПотускневшая фотография,Потерявшийся где-то след.
Сегодня снег искрист и колок.Над баней – седенький дымок.Сюда выпаривать осколокПридёт знакомый мой дедок.
Листочки ветер перелистывал,И солнце по-июльски жгло,Когда пришли мотоциклистыВ мое далекое село.
Здесь уголь, щебень и песок –Священный облик горя.А где-то там наискосокБегут на запад взгорья.
Детство. Темень ранняя. Морозы.Синий след на голубом снегу.Сено – первые невянущие розы,мной увиденные, – в сердце берегу.
Лепестки дворовых ранетокСотрясал, как салютом, гром,И казался тогда планетойТрёхэтажный бревенчатый дом.
Не по годам, серьёзно слишком,На мой вопрос: «Цветы кому?» –Ответил с гордостью мальчишка:«Цветы дедуне моему…»
Когда я был в войну солдатом,Я слышал песнь твою не раз.Ты нас с ума сводил в Карпатах,Ты в венском парке пел для нас.
и в ряд стоим – спиной друг к другу:проталкиваемпередних в лавку:вода и кровь от матерей
Сегодня – праздник.Первый разВернулся сын с работы:Я, мол, теперь рабочий класс.
Как холодно на перекрёстках!В подъезде дуют сквозняки,в пролёты сыплется извёстка,в пролёты жизни и реки...
Статья в газете о фронте.Госпиталь – в бывшей школе.Осинник, росою тронутый.Ягода за щекою.
Загляну в знакомый двор,Как в забытый сон.Я здесь не был с давних пор,С молодых времён.
Когда, чеканный шаг равняя,идут солдаты на парад,я замираю, вспоминая,что был на свете мой солдат.
Твой отец дошёл до Берлина,но вернуться домой не смог.И остался в воронке от миныпропылённый кирзовый сапог.
В каком-то неуютном кинозале,Когда вот-вот начнётся детектив,Когда ещё конфетами шуршали,Портфели на колени положив...
И на току, и в чистом полеВ войну я слышала не раз:– А ну-ка, бабы, спляшем, что ли!И начинался сухопляс.
Всё та же часть. Знамен державный шорох –То говорит история сама…Был фронтовым разведчиком Егоров,В разведчиках и сын его Кузьма.
Нас не баловали транзисторамиИ перстнями высокой пробы,Я в семнадцать с геодезистамиНа Дону размечал окопы.
Тех первых нет – мы все теперь вторыеиз поколенья, опаленного войной.И случай, может быть, тому виной,что хоть в рубцах, но все-таки живые.
Еще той ночью игры снились детям,Но грозным ревом, не пустой игрой,Ночное небо взрезав на рассвете,Шли самолеты на восток. Их строй
Там, где хмурые кедры-молчальникиОзаряет закатный пожар,Колдовал я, бывало, над чайником,Золотистый готовя нектар.
Крутые ступеньки в аптекеИстёрты, и ноги скользят.А много ли сил в человеке,Когда ему за шестьдесят?
Упала бомба в мойку против дома,Где Пушкин жил, где свой окончил путь.Насколько бомба та была весомаИ многотонна ли – не в этом суть.
Касок было так много,Что даже их не замечали:По деревне разбросаны – всюду,Ржавели насквозь.
Из Нюрнберга, сжатого кольцом,Мой друг привез свои святые снимки:Он там работал в шапке-невидимке,Хотя официальным был лицом.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан