Рванулись танки с марша напролом.Скребли броню бессильно пулеметы,Охваченные пылью и огнем,Захлебывались вражеские дзоты.
Читать
Проходя по вздыбленному свету,Закаляясь в яростном огне,мой отец солдатом песню этуна Гражданской пел ещё войне.
Женщина погибшего на фронтеСпит у железнодорожных касс.Вы её, пожалуйста, не троньте.Пусть она не беспокоит вас.
Лес ревел, стремглав чернея,И, как сель, за комом комПрямо на тебя в траншеюРеактивный падал гром.
Дед шил шапки и пел песни.А я сидел на столе и ел картошку.Пахло кожей и тёплым мехом.А на стене висела карта мира.
День странно тихий. Он такой,Каким давным-давно уж не был.И мы, как воду, пьем покойНепотревоженного неба.
Вонзилось в память, как заноза:Есть под Москвой одна березаНеобъяснимой красоты,Глядит на Истру с высоты.
Такие мысли возникают мельком,опасны, как сапожные ножи…Мою шинель порезали на стельки.– Не рано ль, мать, не рано ли, скажи?
Второй атакой на плацдармеПродвинувшись осенним днем,Со мной в шинелях мокрых парниВгрызались в землю под огнем.
Оглядываясь на свои дороги,Я не могу молчать в огромном мире,Наедине с самим собой…Когда колючий кашель одолеет...
Так повелось, что гибнет первый,Чтобы к победе шёл второй.Страдали Бруно и КоперникДалёкой, давнею порой.
Друзей моих, и мертвых и живых,Ношу я в сердце, их не забываю.И ясно пред собою вижу их,Когда глаза на миг я закрываю.
Барские, кирпичныеВ садах дома.Крыши черепичные.Верхом закрома.
Перед тем,как о чем-то сказать в День Победы,я долго молчу,словно слушаю гром канонады,
В больничном коридоре,Свой доживая век,Играет на гармониБезногий человек.
Схоронили мать в рядне без гробаВ сорок третьем каторжном году.И, стуча зубами от озноба,Допоздна глядел я в темноту.
Он произошел давным-давноИ остался навсегда со мною.Испытать не каждому даноДолгое везение такое.
Когда от неба и до землиЛетели клочья седого дыма,И только люди сносить моглиВсё, что для камней невыносимо
Лишь тогда, когда с судьбой народаТы соединил судьбу свою,Станут твои прожитые годыСчастьем, завоеванным в бою.
Солдат подбил три танка крядуВ бою за город Ленинград.Десятидневную в наградуПобывку получил солдат.
Всё та же часть. Знамен державный шорох –То говорит история сама…Был фронтовым разведчиком Егоров,В разведчиках и сын его Кузьма.
Есть за Полтавой в чистом полеМогила павшего бойца.Кругом пшеничное раздолье,Душистый запах чабреца.
Потускнела мазаная хата...Здесь живёт обычная семьяБез вести пропавшего солдата.Бегает дворняга, хвост поджав...
В сорок третьем, студёной порой,На листке он отцу нацарапал:«Ну когда ты приедешь домой?Мы соскучились! Слышишь, папа?..»
Сын подрастёт. Вопросами наполнитсяНаивный родничок его души.Придёт он, спросит:– Что такое солнце?
Сын подрастёт.Вопросами наполнитсяНаивный родничок его души.Придёт он, спросит:– Что такое солнце?Откуда оно вышло, расскажи…
Сын со мною по лесу бродил…Вдруг остановился у обочины:– У тебя такой окопчик был? –Он спросил меня сосредоточенно.
Будет весна. Журавли прилетят.Будет висеть над землёй тихий дождь.Мимо намокших деревьев, солдат,ты не пройдёшь. Ты не пройдёшь.
К тебе в боях стремился я, открой объятья мне, мой край.Ты предков колыбель. Их прах покоишь в тишине, мой край.Поля, тюльпанные сады, – их видел я во сне, мой край.Прославленные города мне дороги вдвойне, мой край.
Сына чёрную тужуркуНосит бережно она.– Только вырастила Юрку,Забрала его война.
Торжественные, как приветствие,В квартире смотрят со стеныДля многих вовсе не известныеЕё погибшие сыны...
Мы лишь от матерей узнали,Что в те лихие временаНам, не рождённым, на вокзалеОтцы давали имена.
…И была в огне Россия,И пришли на помощь к нейСын по имени Василий,Сын по имени Андрей.
Нам никуда от этого не деться:Прорвётся сквозь мажорные тонаХудое и заплаканное детствоС медалями заплаток на штанах.
Я над белым молчанием Свири стою.Что тревожит в разливе спокойного светаДаль полей, и деревья, и душу мою?Что мольбой леденящей вплетается в лето?
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан