Все стихи

Земля горела, взрывы громыхали.
И не было на свете тишины.
А маки полыхали, полыхали,
Им нет, казалось, дела до войны.

Отвели в музее танку
Зал под вечную стоянку.
Гид, что не был на войне,
Тычет в раны на броне

На Комсомольской танк стоит
Из броневой уральской стали.
Его всем миром, словно щит,
В последний день войны ковали.

Танк на площади городской,
Где весь день многолюдно и гулко,
Засветился вечерней росой,
Как в минуты затишья под Курском.

Стою на пьедестале
С зари и до зари,
Другие бы устали
Всю жизнь стоять в пыли!

Его из пепла воскресили,
И вновь готов к походу он.
Спят воины в полях России.
Из них никто не воскрешен.

Пробиться к Прагер-плац рывком не удалось.
Орудья, скрытые в вечернем полумраке,
Простреливали улицу насквозь,
Отрезав нам дорогу для атаки.

С экрана в зал вползали танки.
Но кроме этих кинолент
Я в детстве знал одну – про танкер
С высоким именем «Дербент».

Танки рушат дубы, подминают кусты,
В белоствольные рощи врываются с хода…
Пахнут дымом цветы, пахнут кровью цветы.
Это запах цветов сорок первого года.

На высоте он с танком был оставлен,
Чтоб поддержать атаку. Но огнем
Четыре дня был батальон придавлен
К земле. И мы не думали о нем.

Рванулись танки с марша напролом.
Скребли броню бессильно пулеметы,
Охваченные пылью и огнем,
Захлебывались вражеские дзоты.

Умолкла дробь, и барабан застыл,
Натянутой поблескивая кожей…
На черном фоне белые кресты
На пауков засушенных похожи.

На броне по кустам и полянкам,
А потом, мысль о смерти гоня,
Ты бежишь за чадящим танком,
Но зато пред тобою броня.

Вот он стоит перед тобою.
Его пурга не замела.
Труба теснится за трубою,
Как будто рыцари толпою

В саду играет полковой оркестр,
Огнём горят начищенные трубы,
И тесно от солдаток и невест,
И беспризорны спеющие губы…

Танька танцевала перед ранеными.
Между коек. На пятачке.
Чудеса выделывали Танины
Ножки на высоком каблучке.

Когда я слышу о Чечне,
Я вспоминаю Церих Таню.
Идет война. Кавказ в огне.
И я на боевом заданье.

На берегу Невы, в музейном зданье,
Хранится очень скромный дневничок.
Его писала Савичева Таня.
Он каждого пришедшего влечет.

Окна задушены дымом,
Ярость гудит в кирпичах.
Вдоль мостовых нелюдимых
Голые трубы торчат.