На земле ледниковой, огромной
Что ищу я у дзота-норы?
Может, ветка моей родословной
Обломилась у этой горы?
Там твари разные шипели,
Мерцала свежая вода.
Там ёлка в форменной шинели,
На голове горит звезда.
А потому худые мысли
В дождём расстрелянном лесу.
У радуги на коромысле
Две деревеньки на весу.
И люди думают об этом,
О чём и я со стороны,
Чтоб ни зимою и ни летом
Не объявилось бы войны.
Чтоб никакой такой прорухи
Не приключилось бы опять.
И машут древние старухи –
Уж им-то про войну не знать.
Им вспоминать совсем не легче
Про довоенную красу.
Там поровну их,
непришедших,
У коромысла на весу.