Ещё война не позабыта
Среди забот и суеты,
И всех пропавших и убитых
Ещё так явственны черты...

Ещё утрами чёрный дым клубится
Над развороченным твоим жильём.
И падает обугленная птица,
Настигнутая бешеным огнём.

В прифронтовой испуганной тиши,
В остекленевшей от мороза рани,
Старухам помогая, – малыши,
Мы в белый березняк тащили сани.

Мне довелось в составе войска
Пройти румынские поля
И у советского посольства
Сменять охрану короля.

Я замечаю, как мы с каждым днем
Расходуем скупее силы наши.
Здороваясь, мы даже не кивнем,
Прощаясь, мы рукою не помашем…

Нет, на войне я не был,
Но матери погибших рыдали рядом,
Губы мне обжигало
Горящее небо...

– Чего ты, старик, над водою стоишь,
И машешь веслом, и тревожно молчишь?
– Стою, поджидаю родные полки.
Я Кий, перевозчик с пленённой реки.

Бой за лесом затих. И солдат отдыхал.
Он три ночи не спал, он устал – так устал!
Он окопы копал, выбивался из сил,
Он гранаты бросал, в штыковую ходил.

Еще минувшей ночью берега,
Трясясь от орудийной канонады,
Как два смертельных, яростных врага,
На грозный бой сходились без пощады.

Весенний гром, деревьев слышу шум я,
Спокойно небо в звездной вышине.
Так почему бессонные раздумья
Мне всё напоминают о войне?

Даже крыши стали ниже.
По деревне тишина.
Увела с собой мальчишек
Распроклятая война.

Неприметная деревня
Под названьем «Три ключа».
Скрыли кронами деревья
Обелиск из кирпича.

А нас обернуло порознь
И вместе уже не раз:
Глядит сквозь военную прорезь –
Как целится – детство в нас.

Никогда он не был в комсомоле,
Но хранит заветный сундучок.
Средь наград –
В нём память друга Коли...

Чего-то волосы под каской шевелятся.
Должно быть, ветер продувает каску.
Скорее бы до бруствера добраться.
За ним так много доброты и ласки.