ПОД МОСКВОЙ
Не на год, не на десять лет, – надолго
И с какой-то щемящей тоской
Я запомнил тяжелые надолбы
В сорок первом году под Москвой.
Воспоминания всегда живут со мной,
О многом помню я под мирным небом.
…Бомбили город, и взрывной волной
На улице фургон разбило с хлебом.
Ему в то время не было цены,
Полит он был и кровью, и слезами.
Глядели дети, стоя у стены,
На этот хлеб голодными глазами.
И так хотелось броситься, схватить,
Зубами вгрызться в корку, в хлебный запах…
У голода войны в жестоких лапах
Такое бы простилось, может быть.
Стояли дети и смотрели свято,
Топтались, замерзая и дрожа.
Потом сюда приехали солдаты,
Сложили хлеб в повозку, и сержант
Вдруг оглядел замерзших ребятишек
И улыбнулся в рыжеватый ус:
– Тут маленький имеется излишек,
Устроим перекур и перекус.
А ну, ребята, быстро налетай-ка,
А то, гляди, мороз возьмет свое…
Достал из сумки собственную пайку
И деловито разломил ее.
И всем досталось по кусочку хлеба.
Он очень вкусен был, тот хлеб ржаной.
…Над городом – безоблачное небо.
Седьмой военный месяц – над страной.