Я, ровесник Победы, сегодня к ненастной године...

Из Сыновней поэмы

Я, ровесник Победы, сегодня к ненастной године,
К высочайшему часу в твоей прокалённой судьбе
обращаюсь, отец мой.
И запах июньской полыни
пропитал эти строки и думы мои о тебе.
…Только раз ты поведал – а мне же всё снится и снится
этот гарью, и потом, и порохом дышащий сон:
ты встречаешь войну на степной хлебозорной границе,
и в полынную ночь вдавлен танками ваш батальон.
Нет, вы встретили ворога так,
Что немыслимо драться достойней.
Но броню лобовую пробьёт ли пехота собой
С трёхлинейкой* в руках… И у каждого – лишь по обойме,
где всего пять патронов. И не было больше обойм.
И тебе довелось – нет, не бегством спастись, а пробиться
словно в песне – штыком, но совсем без гранат.
…На крови, на полынном стыде, на горящей пшенице
настоялась безмерная ярость российских солдат.
Как живая вода – на смертельной беде настоялась
эта лютая воля, сломившая чёрную рать.
И спасла нашу землю она – эта ярость.
И приказы стратегов скрепляла она как печать.
…А в тебе отзывается болью свинцовой поныне,
незабытою горечью первых военных дорог
этот запах полыни – тобой обагрённой полыни,
как щемящий укор и как самый тяжёлый урок.
Но урок – не позор, если он не проходит бесследно,
и тропа отступленья в июньской полынной степи
привела тебя всё-таки к майской сирени победной,
стала первым звеном в протянувшейся к миру цепи.
Пусть же этот урок в судьбах нынешних не повторится.
Летописец любви – не могу я забыть ни о чём.
Пусть ракетная мощь не встревожит границу
и полынная память в дозоре стоит трубачом.

* Трёхлинейка – русская трёхлинейная (7,62 мм) винтовка Мосина образца 1891 г.

5.0/5 оценка (2 голосов)

Другие произведения автора

9 МАЯ XXI ВЕКА

Ты сниться мне, отец, всё чаще стал…
Ты в этих снах не только что не стар,
но и меня на тридцать лет моложе
сегодняшнего…

РЕТРОСПЕКТИВА: «ДЕНЬ ПОБЕДЫ. 1965»

Жуков снова на Мавзолее.
Это видел я, это было
в день двадцатого юбилея,
в день двадцатой мирной весны.

Стоп-кадры детства в памяти моей...

Стоп-кадры детства в памяти моей,
сознанья вспышки первые, святые…
Деревня, май, зелёный дым ветвей
и свежих срубов смолы золотые...

Давний снимок. Предвоенный год...

Давний снимок. Предвоенный год.
Молодые мама и отец.
Я смотрю – и в горле ком встаёт:
как жесток ты, времени резец!

Как много песен время разметало…

Как много песен время разметало…
Но высится по-прежнему одна,
звуча лавиной гнева и металла, –
её зовут «Священная война*».

И всё-таки…

И всё-таки…
И всё-таки хотя бы раз…
И всё-таки хотя бы раз один я должен не в стихах,
а въявь побывать на твоём месте, отец, – тобой...

НАСЛЕДСТВЕННЫЙ СВИНЕЦ

Качается год сорок третий
на ветках немецких ракит.
Вдыхая неласковый ветер,
отец на откосе стоит.

Мир праху вашему, соратники отца...

Мир праху вашему, соратники отца,
его друзья по фронтовой народной рати.
Вы стали стеблями степного чабреца –
как было сказано уже – не славы ради.

Яндекс.Метрика