Ранним утром под Москвой,
На дороге фронтовой
Повстречались два солдата –
Дети матери одной.

Этот колокол –
Обо мне,
Этот вечный огонь –
мой,

На грозную битву вставайте,
Защитники Русской земли!
Прощайте, прощайте, прощайте, прощайте!
Пожары пылают вдали…

Я стрелял и стрелял, а они всё бежали
В сне одном – на меня, в сне другом – от меня.
А останки отца где-то в Польше лежали
И просили, просили огня.

Октябрь сорок первого года.
Патруль по Арбату идёт.
И нет на вокзалы прохода.
И немец стоит у ворот.

Всё та же часть. Знамен державный шорох –
То говорит история сама…
Был фронтовым разведчиком Егоров,
В разведчиках и сын его Кузьма.

Послевоенное село,
Где Ламочка-река струится, –
Оно мне дорого зело,
Понеже в нём пришлось родиться.

Рассыпалась в небе ракета,
Взлетела другая звездой.
Победа…
Победа?
Победа!

Нам говорили:
«Крышка вам, труба!
Не справиться вам
С голодом, разрухой…»

Снаряды грызли землю Сталинграда.
Вскипала Волга. мертвый плыл паром.
Горбатый, грязный, как исчадье ада,
Немецкий танк поднялся над бугром.

У гранитного обелиска
Волга плещется близко-близко,
Ветер Вечный огонь колышет,
Я пришла к тебе, маша, слышишь?

Я зачислен в стрелковую роту,
Что не сходит с передовой.
Я врастаю, как в землю, в пехоту,
В обстановке живу боевой.

Три взрыва – указано в штабе, –
три взрыва – ночная тревога.
Чуть слышимый голос команд,
храп коней и бряцанье лопат.

Часы в руке у генерала.
Ждут у орудий номера.
За стрелками следя устало,
Он тихо говорит: «Пора».

Лучший мой друг погиб на войне –
С ним не пришлось познакомиться мне.
Лучших поэтов убила война –
Даже имён их не знает страна.