Мне в белые ночи не хочется спать,Колотится сердце в тревоге,И я вспоминаю опять и опятьСвои фронтовые дороги.
Читать
Дедушка Пашки ПримероваБыл нам – по детству – пример!..Сгинуло то – пионерово,Как светлячок в мураве…
Давно покончили мы с рекамиИ с покореньем целины.И про героев Дубосеково***Забыли граждане страны.
Когда поля, изрытые войной,Мы превратили в мирные равнины,Казалось нам – у матери роднойРазгладили глубокие морщины.
Перевернулась времени страница.Известно нам, что прошлое, как дым.Меж ним и нынешним крепка граница, –Мы издали на зиму ту глядим.
Весь встрёпанный и потный со двораВбежал: отец!.. И сразу тихо стало.Из тёмных рук бумага выпадала –И той бумаге не было конца.
В году бывает два особых дня,Когда встают в ружьё погранзаставы,И вместе с ними в отсветах огняВстают виденья подвигов и славы.
Хлеб наш чёрствыйБыл чернее полночи –Пополам с мякиной, с лебедой,Пополам с военною бедой…
Прикована ко мне чужая славаИ держит крепче якорной цепи.Мой старший брат погиб под Балаклавой*,Осколок мины сердцем зацепив.
Да, мы странные людиДругой, необычной среды…Сочтены наши дни,Тают годы, как тают мгновенья.
Передо мною снимок рваный –Дорог не вынес фронтовых.Стоим мы рядом с другом ВанейВ простых погонах полевых.
Я в дом вошел. Темнело за окном,Скрипели ставни, ветром дверь раскрыло –Дом был оставлен, пусто было в нём,Но всё о тех, кто жил здесь, говорило.
Воспоминаний уничтожитьИ годы счастья не вольны.Никто из нас забыть не сможетО самых первых днях войны.
По старой армейской привычке,По долгу всей жизни своейЯ в письмах веду перекличкуВ боях опаленных друзей.
Назови меня именем светлым,Чистым именем назови –Донесется, как песня, с ветромДо окопов голос любви.
В моем вине лучистый белый лёд.Хвачу в жару – и вмиг жара пройдёт.В моем вине летучий вихрь огня.Хвачу в мороз – пот прошибёт меня.
В моих ушах, контуженных войной,не гул, не звон, а чей-то позывной.Но чей он и который это год –я все забыл: и ключ, и гриф, и код.
Илистых плавней желтый янтарь,Блеск чернозема.Жители чинят снасть, инвентарь,Лодки, паромы.
Мы шли оврагом тесным и глухим,Где затхлостью и прелью отдавало.Враг мог укрыться за кустом любым,Чтобы на нас обрушиться обвалом.
Под огнем не таем,с голоду не пухнем,ждем да поджидаемполевую кухню.
В подлом, бессовестном бою –– Сдаешься? – Не сдаюсь! –– Сдаешься? – Не сдаюсь!Не охнув
Дом с разбитой готической башней,с развороченной взрывом стеной,еще ночью гудящей – вчерашней, –огнедышащий был и живой.
Уже не доехать бойцу молодомуДо края родного, до отчего дома.Лежит он, раскинувшись, руки разбросив,Над ним обгорелые никнут колосья.
Эсминец уходит в туманную даль.Холодные волны. Холодная сталь.Горячая воля ведет далекоВ простор заполярный бойцов-моряков…
В Севастополе немцы.А в тылу, в лазаретеБредит моряк:«Братишки!
В сырой землянке стойкий запах гнили,Дух нежилой у жизни на краю…Мы до сих пор не всех похоронили,Кто пал в бою за Родину свою.
В те дни у лавки угольной,У хлебного ларька,Где очередь сутулилоОт злого сквозняка
Мы шли сюда гремящей бурей,Чтоб выжечь и перемолотьВсё, что вдолбил треклятый фюрерВ его готическую плоть.
Даст генерал заданье важное,Его приказ непогрешим,Опять тебе путями вражьимиБродить под именем чужим.
Все ваши жизни – вас было четыреста,Еще не обстрелянных фронтом ребят, –Вместились в коротком приказе: «Выстоять»,В приказе и клятве: «Ни шагу назад!»
Неторопливо рюмку допила,Отставила на краешек столаИ, как бы ненароком, нас, женатых,Чуть захмелевшим взглядом обожгла.
Не так легко найти в деревне дом,где вдовы – жертвы той войной жестокой –за повседневным будничным трудомне коротали век свой одиноко.
Вдруг разразилась тишинаВысокой песней жаворонка.Мы сели от тропы в сторонке.Была военная весна.
Весенний гром, деревьев слышу шум я,Спокойно небо в звездной вышине.Так почему бессонные раздумьяМне всё напоминают о войне?
Кто он: садовник иль учитель?А впрочем, что ему чины –На нем берет и синий китель,И все отличия войны.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан