ВТОРОЙ ЭШЕЛОН
Ушли мужики. Опустела деревня.
Детишки, да бабы, да три старика.
Ушли мужики и с неделю, наверно,
Приписаны были к резерву полка.
Гудит земля. Шагают части.
Идут – и края не видать,
На бой идут. И кто – на счастье,
И кто – на смерть, не угадать.
Идут, идут… А ночь, как море.
Всё ближе бой – и звон в ушах…
Солдатский путь суров и горек,
Тяжёл и глух солдатский шаг.
И где-то там, во тьме косматой,
Прикрыв ладонью огонёк,
В ряду десятом ли, двадцатом
Такой же, как и все солдаты,
Шагает молча паренёк.
Его ты видел под Полтавой,
В Одессе видел и в Крыму,
Когда дорогою кровавой
Он шёл в пороховом дыму.
Когда в огне, со смертью споря,
С боями отходил назад…
На сотни лет хватило б горя,
Что перенёс в те дни солдат.
Ему в лицо железный ветер
Плескал смертельную беду.
В дивизионном лазарете
Он, чуть живой, лежал в бреду.
Врачи и те не знают сами,
Каким он чудом выжить смог…
И вот опять идёт он с нами,
Прикрыв ладонью огонёк.
Идёт опять в туман и ветер,
Идёт, не ведая о том,
Что он останется в столетьях
На постаменте золотом!