Ждёт тепла весеннего окраина.
С дочерью, средь мелочных хлопот,
Снайпер Зинаида Николаевна
В тихом Белоострове живёт.

Две розы, не успевших распуститься,
стоят у койки, где лежал калека…
Две девушки по порученью ЖЭКа
вчера их принесли ему в больницу...

Есть я, есть ты в зелёном кимоно,
И телевизор смотрит диким глазом...
Я не люблю военное кино –
В нём всё не так, как в дедовских рассказах.

Долго девушка глядела –
у танкиста грудь горит.
– За какое ж это дело
награждали? – говорит.

От костров и от газовых камер
Понемногу развеялся дым –
Только мир содрогнулся и замер,
Ужас призраком замер седым.

Дальний, горький, незабвенный –
отсвет прошумевших гроз!..
Кадры хроники военной
не могу смотреть без слёз...

Воинская часть, в которой мы служили,
не брала столиц.
Всё-то мы проселками кружили,
возле деревенек и станиц.

Где же, где та телега,
Что спасла мою быль?
Зимы ль скрыли под снегом,
Вся ль рассыпалась в пыль?..

По земле, опаленной фронтами,
Трубит ветер – веселый горнист.
Вот из почки в апрельское пламя
Озорной прорывается лист.

Враг приближался к городу лесному
В начале памятного ноября.
И, к дальнему прислушиваясь грому,
На Запад багровеющий смотря

Небо. Синее небо. Голубые цветы.
Влезть на облачко мне бы
да взглянуть с высоты
на родную долину...

Нет длиннее солдатских дорог.
Нет труднее солдатских дорог.
Погляди на любую былую –
Всё окопы лежат поперек.

Ясноглазая тёмная ночь,
Если можешь, ты мне помоги!
Мне невмочь, понимаешь, невмочь
Одинокие слышать шаги.

Гордость и горечь побед
Выйдет на майский парад,
Славой отеческих лет
Жил и держался народ.