Прогремели трубы грозную тревогу.Защищать Отчизну – будь готов, народ!Батареи, к бою! Роты, тверже ногу!За победу Родины – армия, вперед!
Читать
Целых пять мне было, целых пятьВ этот год, великий для народа!Рассиялась светлая погода,А людей, людей! – не сосчитать!
Обессилевшие, тощие,Мы ходили, как грачи,И случайные картошиныСобирали на харчи.
Победный май – ему уже полвека,Но раны догоняют тех солдат.История простого человека:Недавно был ещё молодцеват...
Я помню…Впрочем, что я помню?Булыжником мощённый дворИ дома óтчего костёр.
Когда цветы побед взойдути я вернусь в свой край родимый,я на колени упадуи поклонюсь земле любимой.
И соседи давно уж не рады –Снова сдвинулся Ванька, дурит:Он костёр разжигает в оградеИ кричит: «Севастополь горит!»
Шли они, как на параде.Ряд за рядом,Те, кто грудью своей прикрылПоследние корабли
Вот солдаты идутПо степи опаленной,Тихо песню поютПро березки да клены
Тишина на почерневшем склоне,Гарью занесенная броня.В танковом тяжелом шлемофонеПаренек, похожий на меня.
Я думаю о судьбах тех,кто много лет идёт с войны.Их сотни тысяч человек,на вечный путь обречены.
Когда о доме, о семьеПоговорят друзья в траншее –Теплей им на сырой землеИ на душе у них теплее.
Столь едины мы не были с ним никогда.Тонны пепла над городом.Враг у ворот.Города…
Тихо плещет море,в небе синева.В тишине бульваровшепчется листва.
Возле полустанкаТравы шелестят.Гусеницы танкаМертвые лежат.
На заре отгремели бои…Мы шинели промокшие сбросим.Как надрывно поют соловьи!Как горят предрассветные росы!
Первый дед мой, Давид Самуилович Курузбавер,И второй дед, Василий Иванович Лукощук, –Вам, кто мир – словно Дженнер* – от оспы тевтонской избавил,Посвящает стихи недостойный и беглый ваш внук!
Номера, номера, номера,Нет на мраморных плитах имён.Где, когда тыИ как умирал,Кто расскажет мне, дядя Семён?
Волна в волну, как пуля в пулю…И распластавшись на косе,солдаты вспаренные курят,от солнца бронзовые все.
На марше,В карауле,На привале,Когда почти беспомощны слова...
Страшны цветы железного бетона:Раскрывшиеся розы бункеров,И незабудки касок проржавлённых,Сбегающие в тёмный ров.
Земля здесь столько вёсен не рожала…Я вижу: человек немолодойберёт комок, тугой, горячий, ржавый,и, разминая, сыплет на ладонь.
Кресты и гранитные стелы,Часовни простой куполок.Немецкая строгость,А в целом –Уютный вполне уголок.
На перепутье лжи и веры,На перекрёстке двух вековОнкологические ветрыСбивают с ног фронтовиков.
На родине поля без края,В зелёном мареве леса,Здесь наши дети вырастаютИ обретают голоса.
На улице с булыжной мостовой,Где только деревянные дворы,Постукивает палочкой слепой,От шумной удаляясь детворы.
Навек приписан к рубежу,Что отчий свет хранит,Я никуда не ухожу –Ни в злато, ни в гранит...
Наверное, это к вёдру,Когда комары в осоке,Наверное, это к вёдру,Когда по лугам туман.
Над погостом виснут облака,Словно над могилою венки.Хоронить несут фронтовикаДруга своего фронтовики.
Назовите его «Сталинград»,Этот город в степях Волго-Дона,Да устройте всемирный парадС торжеством колокольного звона!
Наконец пришла Победа!И проклятую войнуНаступающее летоПревращало в тишину.
Нам, родившимся после войны,Повидавшим, однако, немало,Сорок пятого залпы слышныВ День Победы, девятого мая;
Нахлебались родители горя сполна,Мучил голод, потом убивала война.Но из будней, войной искалеченных,Со страной на большак всё же вышли они.
Нацисты шли по Киеву парадом…Мы семь десятилетий без войны.И прятал ветеран свои наградыПод старый плащ, чтоб были не видны.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан