В тот день он записал в блокнотЛишь три коротенькие строчки:«Переходили речку вброд.На ивах лопаются почки.
Читать
Я скажу, мы не напрасно жили,В пене стружек, в пыли кирпича,Наспех стеганки и бескозырки шили,Из консервных банок пили чай.
Костер слегка шумит, как вешний улей –Спокойно, ровно. Рядом я прилег.Вдруг – щелк! – и вверх трассирующей пулейВзлетел над ним горящий уголек.
Все родные за нами следят,И следит вся Россия за нами.Видят: храбро воюет солдат,Став под это гвардейское знамя.
Гитлер начал войну в воскресенье.Вдруг. Внезапно. Как землетрясенье.В тот же день я был призван и форму надел,Отрешился от штатских мыслишек и дел,
А сколько спички стоили, кто скажет?У нас в тылу во времена войны?Да их тогда и не было в продаже,И значит – спичкам не было цены.
Я – здоровая, даже живая –Хлопну створом последних дверей –И как будто уже забываюТвой египетский вырез ноздрей.
Я вышел.Открылся разбитый перрон.Здесь только чтобуря металась
Мы уходим – очевидцы,Те, кто в битвах уцелели.Как нам тут не удивиться:Мы всё это одолели!
Смертельные гены в крови,и память особого рода…По надобе или любвинам жить разрешила природа?
…А нам не довелось играть в войну,Не мы в неё – она играла нами:На фронт мы убегали пацанами,С вагонных крыш смотрели на страну.
Между большой войной и малойпришёлся возраст призывной.Из жизни нас не выбивалони вне страны, ни под Москвой.
В морозной мгле мы выходили в море,Ломались льдины около бортов,Все было белым в пасмурном простореНе в меру крепких в эту зиму льдов.
Отец в больнице. Это всё война –Подстерегла и руку иссушила,И отняла его былую силу,Которая ему ещё нужна.
Приколачивает пыльЗа дворовою площадкой.На одной ноге – костыль,На другой – сапог солдатский.
Все, кто на войне служил в пехоте,Знают: в ней, не как в других войсках, –Рядовой боец несет в походеВсё хозяйство на своих плечах.
Шёл солдат к ПобедеМного вёрст и дней.В медсанбате бредилПо ночам о ней.
Шёл сорок третий. У болотаВойна в окопы залегла.Как цепи вражеской пехоты,На город наступала мгла.
Вот здесь в июне, на рассвете,В дни наступленья в том годуШли в бой шелтозёрские дети,Чтоб отвести от нас беду.
Мы не слышали взрывов снарядов,Нам о смерти здесь пули не пели,Но война проходила рядомСквозь простреленные шинели.
Шинели отцов,в орденах кителя…Во веки вековда святится земля!
Собачья жизнь. Собачий холод.Конвой неистовствует: «Шнелль!»Ты ветром весь продут, измолот.Не согревает и шинель.
Шинель моя – суровое шитье,Она знавала пули и осколки,Задумаешься, глядя на нее,И вспомнишь путь, начавшийся от Волги.
Ох, шинель моя, шинель,Серая, походная.В холод, стужу и в метельТеплая и модная.
Ты со мной прошла дорог немало,Нас пекла жара, секла метель.Ты меня в походах согревала,В битвах от врага маскировала
Я опять во сне ходил в шинели,В серой, перетянутой ремнем.На плечах погоны зеленелиС полевым малиновым кантом.
Давай раскраивай, портной.Шинель повытерли походы.Перелицуй*, во славу модыПиджак придумай выходной.
Что осталось, война, от тебя,Что осталось?От большого пожара земляОтдышалась.
Мне про отца, я помню, часто,Шутя, рассказывала мать,Как безуспешно обучалсяОн на гармонике играть.
Шинель бойца давно заиндевела.Трещит мороз. Костер дымит сырой.В окопе все покрыто белойШершавою обветренной корой.
Махорка, хлеб, патроны – поровну!Врастали в землю блиндажи…Шинель отца – в ней запах порохаИ самый мирный запах ржи.
У пыльной военной дорогиМы сделали краткий привал.Горели усталые ноги,В лощине ручей ворковал.
Здесь фундаментов камень в песок перемолот войной,В каждой горсти земли затаился смертельный осколок.Каждый шаг продвиженья оплачен кровавой ценой –Лишь девятой атакой был взят этот дачный поселок.
Шипром,табаком,сапожным кремомВетер детства дальнего пропах.
Широкие звёздыОсенней холодной закваскиНад старым дворомТерпеливо веками висят.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан