Завод стоит на рубеже борьбы
Лицом к лицу с проклятыми врагами.
Тяжелый дым торжественно, как знамя,
Врагам назло струится из трубы.

Война была закончена. В поместья,
Кто выжил, те вернулись, дорогие;
Звучали завоёванные песни –
«Король Анри Четвёртый» и другие...

Сны взрываются, начинённые,
В дрожь бросают фугасные сны:
Над просторами опалёнными
Снова чёрное небо войны.

Вторые сутки тишина.
Молчат окопы. Дремлют дали…
Уже колеблется война:
Враг выдохся, а мы – устали.

Порой приходится грустить,
Живя на белом свете.
Но как, скажите, совместить:
Война и рядом – дети?

В дни, когда не думали о войнах
И лишь музыка была в чести,
Тщились две соперницы достойных
Мастерством друг друга превзойти.

Хлеб такой я знал и до блокады:
С примесью мякины и коры.
Ел его давно – у землепашцев,
Бедняков тех мест, где начал жизнь.

Недоступен лик и светел,
Взгляд – в далеком далеке.
Что ей версты, что ей ветер
На бескрайнем большаке!

Роса сверкала россыпью кристальной,
Когда из госпиталя вышел я.
Я шел домой, и запах госпитальный
Уже выветривался из меня.

В деревне чествуют Победу,
как всюду по родной стране...
Мальчишка, бить фашистов еду
Я в повторяющемся сне:

Смотрю, как бабка молится,
Поклоны низко бьёт.
Святая Богородица.
Потресканный киот.

Привал в пути у солнечной опушки,
Солдаты в крепкий сон погружены.
Затихли, захлебнулись где-то пушки,
Вокруг покой весенней тишины.

В бою, в горниле битвы грозной
Вам пишут воины ответ.
И всем спасибо шлют за отзыв,
За каждый ласковый привет.

Скрипели старые телеги,
По втулки погружаясь в грязь.
По хлябям, вдавливая слеги,
Беда над Родиной неслась.

Я всё хочу спросить:
Не забыл ли ты,
Как поднимались,
Тяжко примяты.