В мире сталь опять подорожала,На уран повысилась цена,Какова ж цена того металла,Что в планету вогнала война?
Читать
В такой обыкновенный день –Июньский, голубой –Босых людей из деревеньПо тракту вел конвой.
Костер слегка шумит, как вешний улей –Спокойно, ровно. Рядом я прилег.Вдруг – щелк! – и вверх трассирующей пулейВзлетел над ним горящий уголек.
Вагоны, лязгая, ползли неторопливо,Сыпнотифозное баюкая дитя,И ветры, воем душу отводя,Шли плакальщиками вблизи локомотива.
Мама! Тебе эти строки пишу я,Тебе посылаю сыновний привет,Тебя вспоминаю, такую родную,Такую хорошую, слов даже нет!
Под ярким солнцем, после грозВ мой край, войной изрытый,Корабль души меня принесЧерез моря событий.
Какой туман! Какая тьма!Покачиваются дома,Мой город облик изменяет,Как будто бы с морского днаИное время выплывает.
Я не нашел, но я найдуТого, кто мне расскажет это…Лежит отец на невском льдуВ белесом сумраке рассвета.
Под качающимся дождемФары разбрасывают лучи.Мы пятые сутки вперед идем,И если ты устаешь – молчи.
Уходила весна, уходила,прославляя победу устало.На Плющихе и тускло, и дерзкостаринное тлело кино...
Тётя Таня, помнишь вечер?Вот такой же точно вечер.Сердце трепетно стучало…Головой ветла качала…
Мама наварила каши(манка, ешь её опять…)и пошла до тёти Машималость денег подзанять.
Раздвигая меха нетугие,Дед играет знакомый мотивПро тревожные дни боевые,Про товарищей павших своих.
В навигацию свой пароходВыводил он в студёное море,За Колгуевым* с Карских Ворот**Он срывал ледяные запоры.
Никто не говорил: «Устал»,Хоть тяжким потом обливался.И каждый шаг нам дорог стал,Что позади у нас остался.
Я только раз был в самоволке –Отстал на марше от ребят…К моим ногам швырнуло с елкиДождем исхлестанных совят.
Сожгли деревянные срубыВ глухой деревеньке лесной,Печные не рухнули трубы,Округа глядит сиротой.
Сожженное селение у Сожа*,В осенней отраженное реке.Ни крыш, ни стен. Безлюдие. А все жеСтаруха варит бульбу в чугунке.
Сожженные отстроят города,Сровняют рвы, вернутся в улей пчелы.Но эти годы – их забыть когда?И не в земле – в веках их след тяжелый.
Я литую осматривалкладкунад фундаментом школьной стены –всюду видел рабочую хватку...
Безусый, необстрелянный, курносый,Держа наизготовку автомат,На пограничной вышке под норд-остомСтоит недавно призванный солдат.
Пехота заснеженным склономУшла на метельный закат,А в поле ночном и холодномОстался упавший солдат.
Гудит земля. Шагают части.Идут – и края не видать,На бой идут. И кто – на счастье,И кто – на смерть, не угадать.
Если летом зной, а весной дожди,А зимою шинель во льду,Если пуля над ухом свистит: «Уйди!» –Отвечает он: «Не уйду!»
Он в это утро, далеко от дома,дошел до самого конца войны.Он в стольких битвах не оглох от грома,а вот сейчас оглох от тишины.
Во мне – боль павших, но не сдавшихсяВо все крутые времена.На веки вечные оставшихсяВ полях, где ночь, как смерть, черна.
Он был убит. Влетел осколокПод сердце – будто целил враг.Размытый осенью просёлокХранил его последний шаг.
Он предо мною – без медалей,Простоволос, безног и слеп,Осколком гитлеровской сталиИ меж бровей пропахан след.
Огнистая, яроЗаря полыхает.Над Сеймом*, над яромСолдат отдыхает.
Победный май – ему уже полвека,Но раны догоняют тех солдат.История простого человека:Недавно был ещё молодцеват...
Солдат, ты смелый человек…Ты был и сытый, и голодный.Ты знаешь и горячий снег,И чёрный край земли холодной.
Помню, провожала сына матьЗемлю от фашистов защищать.Плакала, махала вслед рукой –Возвратится ли сынок домой?
Серый камень плаща…Он глядит за распадок синий,где летят, трепеща,журавли над Россией.
Солдат без наград… А таких – миллионы…А ну-ка без них мы могли б победить?А ну-ка без тех, кто нам делал патроны,Кормил, одевал, хоть и был позади?
Вчера шёл дождь. И ночью перед этимБолели раны старого солдата,Как в первый раз давным-давно когда-то,Тем грозным летом утром, на рассвете.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан