Мы по Ладоге ехали ночь напролёт. Справа лопался лёд, слева рушился лёд, Помню вспышку и свист, помню снега ожог, Чью-то руку и голос: «Не бойся, дружок».
В тот вечер ветер будет петь в трубе. На ржавых петлях заскрипят ворота. Я пробегу двором, я постучу к тебе. Ты испугаешься и тихо спросишь: «Кто там?»
Я родился для песен в непесенный полдень России. Тяжело дозревали намокшие в ливень хлеба. И крестьянские вдовы в несжатых полях голосили и ссыпали зерно в непроветренные погреба.