БАБА ШУРА
Яблоня серёжкою на ветку
Прицепила первую звезду.
Мышь шуршит, и падают ранетки
В добром бабы Шурином саду.
Мама наварила каши
(манка, ешь её опять…)
и пошла до тёти Маши
малость денег подзанять.
Дядька Фёдор, к тёте Фросе
притулившийся мужик,
прибыл первым:
– Вот и гости!
Руку в руку мне:
– Держи!
И другие друг за другом –
вроде и никто не звал –
за столом расселись кругом,
как солдаты на привал.
Папка чуть задел по струнам –
балалайка трынь да брынь.
Я стою, прижавшись к стулу.
На дворе стоит теплынь.
Вон выходит кот учёный.
Балалайка трень да брень.
Что за трели, что за звоны –
только слушай целый день!
Заблестев медалью гордо,
севастопольский герой,
для начала дядька Фёдор
льёт по норме фронтовой.
А пришедший из-под Курска
с деревянною ногой
дед Степан, хрустя капусткой,
наливает по второй.
Пашка, бывший замкомвзвода,
холостяк по кличке Флирт,
то ли спирт добавил в воду,
то ли воду ахнул в спирт.
Трыньди-брынди, тренди-бренди –
инструмент разгон берёт.
Дядька вымерит по третьей.
Дед четвёртую плеснёт…
На дворе теплынь такая!
Солнце жарит. Ветер спит.
Кот, в тенёчке отдыхая,
на завалинке молчит…
Нет на белом свете счастья.
Долго мама не идёт.
Папка струны рвёт на части.
Балалайка душу рвёт.
Так и этак, ух ты, ах ты,
ай люли да разлюли!..
Вот бы к нам соседи завтра
С тётей Машей бы пришли…