На берегу Невы, в музейном зданье,Хранится очень скромный дневничок.Его писала Савичева Таня.Он каждого пришедшего влечет.
Читать
Я был главным поэтомНа всей улице нашей,Где врастали в планетуСемь приземистых хаток.
Он не пришел из боя,Присяге верный, смело принял бой.Теперь мы знаем, сколько счастье стоит,За наше счастье жизнь отдал герой.
Стадо хранил, разрешал и вязал,Зрел покаянье и вины.Как-то пред самою смертью сказал:– Ночь будет долгой и длинной.
Я третий год на марше,Спешу, спешу домой.Всё больше просит кашиБотинок правый мой.
Нерв боя – связь всё рвётся, рвётся…Устала бегать на порыв.За взрывом взрыв, за взрывом взрыв…Связь без меня не обойдётся!
«Скажи мне, товарищ, в какой это годДонец переплыл ты и спас пулемет?» –«Всего не упомнишь, чудной человек,Немало пришлось мне форсировать рек».
Сорок первый… А мы в разведкеПринимаем неравный бой.Лист кленовый сорвался с ветки,Сбитый пулею разрывной.
Немецкие изорванные картыВаляются в разбитых блиндажах.Фашисты, что в разбойничьем азартеПришли сюда, убитые лежат.
Я пишу стихи не для славы –Это суть моя в зоне смерти.О несломленных и о слабыхЯ пишу стихи кровью сердца.
Городок провинциальный,Летняя жара.На площадке танцевальнойМузыка с утра.
Шёл солдат к ПобедеМного вёрст и дней.В медсанбате бредилПо ночам о ней.
Упал на пашне у высоткисуровый мальчик из Москвы;и тихо сдвинулась пилоткас пробитой пулей головы.
Отбитый у врага зимой,Еще зализывал он раны…К вокзалу, соблюдая строй,Мы шли – и видеть было странно
Гром не с неба ударил в ушиНа рассвете январского дня,То обрушили наши «катюши»Шквал невиданного огня.
Разбитые дзоты у станции мга,кирпич и железо, и в пепле снега,и тишь обгоревшего сада,и след от воздушных боев в синеве,
Разве мне уже возврата нетВ ту страну, где пронеслись галопомТридцать весен, размывая следМоего стрелкового окопа?
Ветер, ветер – солдатское счастье!В опустелой степи не сгони,Не кромсай мое солнце на части,От нежданной беда заслони.
В дело! Кончились все тревоги.Мы уходим, а ветер такой,Что связистка, встав на пороге,Прикрывает глаза рукой.
Был Ферапонтов МишаРостом других не выше.Был он обычный разведчик,«В деле» не ползал в хвосте.
Погиб? Нет, лжив рассказ!Не мог он умереть!В сраженье столько разОдолевал он смерть…
Молчала ночь. Под тяжестью листвыДеревья колыхались как живые,И в шелковистом бархате травыВсю ночь купались звезды фронтовые.
Синело небо. Было тихо.Трещали на лугу кузнечики.Нагнувшись, низкою гречихойК деревне двигались разведчики.
Подбирались ночки потемнее,Подождливей или поснежней.Подбирались парни посильнее,Одевались парни потеплей.
Развернуть бы свиток жизниИ прочесть ее с начала,Чтобы детство, светом брызнув,Звонким смехом прозвучало.
– Непорочная Дева,Ты меня награди,Чтоб за правое делоОрден был на груди!
Днем и ночью с Балтики дует ветер,Грохот боя слышится впереди…Звезды в небе маются, еле светят,Их сметет ураган, того гляди.
– Почему у тебя ордена?– Потому что была война.– Почему у тебя седина?– Всё она, дорогая, она.
Был праздник. Звенели медали.Шли гости. Я столик накрыл...– А знаешь, как Харьков мы брали?Сосед меня тихо спросил.
«И возраст был не призывной,И мог бы дома отсидеться,А он погнался за войной –Всё в голове-то было детство.
Пол под ступнями мертвецки холоден.Голый стою. И не греет стыд.В белом тазу перезрелым желудемСердце мое лежит.
– Из времени из оного,Из вечности своей,Арина Родионовна,Поди ко мне скорей!
…А под конец, улыбки не тая,Ты скажешь мне:«Да ты ж войны не видел…»И бросит в дрожь...
Отец суров, зря говорить не станет.Когда-то русый, стал, как дым, белёс,Как те среди черёмух и берёзЛуга, куда пришли мы ранней ранью.
Дарья Власьевна, соседка по квартире,сядем, побеседуем вдвоем.Знаешь, будем говорить о мире,о желанном мире, о своем.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан