ДЕД

У дороги дом стоит,
в доме старый дед сидит.
Уложив ладони горкой,
он в окошечко глядит.
А у дома – молодой,
с мудрой-мудрой бородой.
Он в окошечко постукал:
«Пустишь, старый, на постой?»
Дед рукою – заходи!
И медали на груди.
«Что за праздник нынче, старый?»
А в ответ: «Не береди!»
Далеко, давным-давно,
было вовсе не кино…
Только память да разлука
жили с дедом заодно.
У дороги дом стоит.
В доме старый дед сидит.
Раз в году по доброй воле
старый душу бередит.
Сквозь него прошла война,
память – красная цена.
А в глаза его заглянешь –
только Родина видна.

0.0/5 оценка (0 голосов)

Другие произведения автора

У ВЕЧНОГО ОГНЯ

Он не седой, не молодой, не старый,
не раненный ни разу на войне…
Я знал его… Знакомый взгляд усталый
искал кого-то в трепетном огне.

ВЕТЕРАНЫ

Кто прошёл сквозь пожары и беды,
не забудет уже никогда,
как цвела и дымилась Победа
и от пуль закипала вода.

ФОТОГРАФИЯ

Снова память расправляет крылья
и относит прямо в детство, вниз…
На скрапной площадке* – изобилье
пулемётных лент, лимонок, гильз.

У БРАТСКОЙ МОГИЛЫ

Не розы с непокорными шипами
и не гвоздики, скромные на вид, –
ты вдруг положишь взорванную память
на рубленый кладбищенский гранит.

БЕССМЕРТИЕ

Они сейчас ещё в боях
и всё ещё дерутся насмерть,
с победным зовом на губах
и забинтованные наспех.

602-Й

В копровом цехе вечный кавардак,
железо всех времён, мастей, обличий…
То паровоз подкатится сюда
с утробной паровою перекличкой...

А сегодня день высок и пылок...

А сегодня день высок и пылок,
глаз не закрывает пятерня…
Заломив пилотку на затылок,
смотрит вся пехота на меня.

ШАРОВАРЫ

Только вьюги войны отшумели –
жизнь по кругу пошла своему.
Из карманов отцовской шинели
шаровары слатали в дому.

Пришёл отец, небритый и седой...

Пришёл отец, небритый и седой,
встал у порога, обнял и заплакал…
Ухоженный, здоровый, молодой,
я только произнёс: «Ну что ты, папа…»

НА КОСЕ

Волна в волну, как пуля в пулю…
И распластавшись на косе,
солдаты вспаренные курят,
от солнца бронзовые все.

СОЛДАТ

Серый камень плаща…
Он глядит за распадок синий,
где летят, трепеща,
журавли над Россией.

БОЛЬ

Такие мысли возникают мельком,
опасны, как сапожные ножи…
Мою шинель порезали на стельки.
– Не рано ль, мать, не рано ли, скажи?

Я – Память...

Я – Память.
Мне время подвластно.
От самого светлого дня
до самого тёмного часа
я – Память...

Яндекс.Метрика