Струится лугами Воронка
разнеженно, гладко.
Красою – подросток-девчонка,
душою – солдатка.

Нынешний год и суров, и строг –
Разгар страды боевой.
Еще уцепился за наш порог
Разбойник кровавой рукой.

Вот и май пришёл. Войне конец.
Мир ликует в радости безмерной.
Ночью постучал в окно отец,
Встав с трудом из-под звезды фанерной.

Хранитесь, драгоценны,
Вас не коснётся плесень,
Мелодии военных
Непогрешимых песен!

Не все дороги наши – красные,
Не всем, гордясь, спешить по ним.
Кому-то – в жизни судьбы разные –
Дано быть просто запасным...

Мне страшный сон
Приснился на рассвете:
Как будто пушки
Всех времён и стран...

Начало где дороги всей?
И где придёт конец?
…По мукам совести моей
Веди меня, отец!..

Ты так хотела сына,
Чтоб вылитый был – я,
Родная моя Зина,
Любимая моя!

Собирать винтовочные гильзы
На полях непаханой земли
Я ходил в ботинках по ленд-лизу*,
И они отчаянно текли.

Цепь событий не рвётся – всё помню, как было когда-то:
Август брёл по распадкам, скрипел под литовкой* вострец**.
Бабы сено косили… И вдруг увидали солдата –
И одна поспешила сказать, что вернулся отец…

Дома, дома – и вдоль, и поперёк,
и наискось поставлены на поле.
Здесь ветер, знавший всё и наперёд,
не зашумит густой пшеницей боле.

О, с чем сравню тебя, Родина,
Моя дорогая страна?
Сравню тебя с морем, Родина, –
Но в море достигнешь дна.

Был отпуск отцовский короток,
И вот он явился домой
В «бэу» от петлиц до обмоток,
Что сделаешь – нестроевой.

Восьмое мая…Сорок пятый год.
Пылает флаг над куполом Рейхстага.
А мы прикрыли с неба Злату Прагу.
Дунай в огне: еще война идет.

Отец суров, зря говорить не станет.
Когда-то русый, стал, как дым, белёс,
Как те среди черёмух и берёз
Луга, куда пришли мы ранней ранью.